ЭСПАВО (Международная Ассоциация Работников Света)

Волшебный мир Пчелы. Или - Мадху Видья текущего момента . 27 (999) .04.2022=9442=316=37=46=10.

ЧХАНДОГЬЯ УПАНИШАДА в переводе А. Сыркина






ТРЕТЬЯ ЧАСТЬ


1

Ом! Поистине, то солнце – мед богов, небо – его улей, воздушное пространство – соты, частицы света – [пчелиное] потомство.

Его восточные лучи – это его восточные сотовые ячейки, ричи – пчелы, Ригведа – цветок, эти воды – нектар. По истине, эти ричи

согрели Ригведу, и от нее, согретой, произошли как ее сущность слава, жар, [деятельность] чувств, сила, пища.

Это потекло и приблизилось к солнцу. Поистине, это то, что бывает красным образом солнца.


2

И его южные лучи – это его южные сотовые ячейки, яджусы – пчелы, Яджурведа – цветок, эти воды – нектар.

Поистине, эти яджусы согрели Яджурведу, и от нее, согретой, произошли как ее сущность слава, жар, [деятельность] чувств, сила, пища.

Это потекло и приблизилось к солнцу. Поистине, это то, что бывает белым образом солнца.


3

И его западные лучи – это его западные сотовые ячейки, саманы – пчелы, Самаведа – цветок, эти воды – нектар.

Поистине, эти саманы согрели Самаведу, и от нее, согретой, произошли как ее сущность слава, жар, [деятельность] чувств, сила, пища.

Это потекло и приблизилось к солнцу. Поистине, это то, что бывает черным образом солнца.


4

И его северные лучи – это его северные сотовые ячейки, атхарвангирасы – пчелы, итихаса и пураны – цветок, эти воды – нектар.

Поистине, эти атхарвангирасы согрели итихасу и пураны, и от них, согретых, произошли как их сущность слава, жар, [деятельность] чувств, сила, пища.

Это потекло и приблизилось к солнцу. Поистине, это то, что бывает очень черным образом солнца.


5

И его верхние лучи – это его верхние сотовые ячейки, тайные наставления – пчелы, Брахман – цветок, эти воды – нектар.

Поистине, эти тайные наставления согрели Брахмана, и от него, согретого, произошли как его сущность слава, жар, [деятельность] чувств, сила, пища.

Это потекло и приблизилось к солнцу. Поистине, это то, что представляется дрожанием в середине солнца.

Поистине, это сущности сущностей, ибо веды – сущности, и это – их сущности. Поистине, это нектары нектаров, ибо веды – нектары, и это – их нектары.


6

Первый нектар – это то, чем живут васу с помощью Агни как [своего] рта. Поистине, боги не едят и не пьют; они насыщаются, лишь видя этот нектар.

В этот [красный] образ [солнца] они проникают, из этого образа они выходят.

Кто знает так этот нектар, тот становится одним из васу, и с помощью Агни как [своего] рта насыщается, лишь видя этот нектар. В этот образ он проникает, из этого образа он выходит.

Время, пока солнце восходит на востоке и заходит на западе, – столь долго он будет обладать высшим господством и властью васу.


7

И второй нектар – это то, чем живут рудры с помощью Индры как [своего] рта. Поистине, боги не едят и не пьют; они насыщаются, лишь видя этот нектар.

В этот [белый] образ [солнца] они проникают, из этого образа они выходят.

Кто знает так этот нектар, тот становится одним из рудр, и с помощью Индры как [своего] рта насыщается, лишь видя этот нектар. В этот образ он проникает, из этого образа он выходит.

Дважды то время, когда солнце восходит на востоке и заходит на западе, – пока оно восходит на юге и заходит на севере, – столь долго он будет обладать высшим господством и властью рудр.


8

И третий нектар – это то, чем живут адитьи с помощью Варуны как [своего] рта. Поистине, боги не едят и не пьют; они насыщаются, лишь видя этот нектар.

В этот [черный] образ [солнца] они проникают, из этого образа они выходят.

Кто знает так этот нектар, тот становится одним из адитьев, и с помощью Варуны как [своего] рта насыщается, лишь видя этот нектар. В этот образ он проникает, из этого образа он выходит.

Дважды то время, когда солнце восходит на юге и заходит на севере, – пока оно восходит на западе и заходит на востоке, – столь долго они будут обладать высшим господством и властью адитьев.


9

И четвертый нектар – это то, чем живут маруты с по мощью Сомы как [своего] рта. Поистине, боги не едят и не пьют; они насыщаются, лишь видя этот нектар.

В этот [очень черный] образ [солнца] они проникают, из этого образа они выходят.

Кто знает так этот нектар, тот становится одним из марутов, и с помощью Сомы как [своего] рта насыщается, лишь видя этот нектар. В этот образ он проникает, из этого образа он выходит.

Дважды то время, когда солнце восходит на западе и заходит на востоке, – пока оно восходит на севере и заходит на юге, – столь долго он будет обладать высшим господством и властью марутов.


10

И пятый нектар – это то, чем живут садхьи с помощью Брахмана как [своего] рта. Поистине, боги не едят и не пьют; они насыщаются, лишь видя этот нектар.

В этот образ [солнца, представляющийся дрожанием в его середине], они проникают, из этого образа они выходят.

Кто знает так этот нектар, тот становится одним из садхьев, и с помощью Брахмана как [своего] рта насыщается, лишь видя этот нектар. В этот образ он проникает, из этого образа он выходит

Дважды то время, когда солнце восходит на севере и заходит на юге, – пока оно восходит наверху и заходит внизу, – столь долго он будет обладать господством и высшей властью садхьев.


11

Взойдя же наверху, оно уже не будет ни восходить, ни заходить. Оно будет стоять в центре одно. Об этом такой стих:

Там оно никогда не садилось и не восходило.
Благодаря этой истине, о боги, да не потеряю я связи с Брахманом.

Поистине, для того, кто знает так эту упанишаду о Брахмане, [солнце] не восходит и не садится; для того вечно [длится] день.

И Брахман сказал это Праджапати, Праджапати – Ману, Ману – [своему] потомству. И это [знание] о Брахмане поведал [своему] старшему сыну, Уддалаке Аруни, [его] отец.

Поистине, отец может передать [учение] о Брахмане старшему сыну или достойному ученику

и никому другому, пусть даже тот дает ему [всю] эту [землю], опоясанную водами и полную богатства. Ибо это [учение] дороже ее, это [учение] дороже ее.


12

Поистине, гаятри – это все сущее, что есть здесь. Поистине, речь – это гаятри, ибо речь воспевает и защищает все сущее.

Поистине, что есть гаятри, то, поистине, и есть эта земля, ибо на ней основано все сущее; оно не выходит за ее пределы.

Поистине, что есть эта земля, то, поистине, и есть тело человека, ибо на нем основаны эти жизненные силы; они не выходят за его пределы.

Поистине, что есть это тело человека, то, поистине, и есть сердце в человеке, ибо на нем основаны эти жизненные силы; они не выходят за его пределы.

Эта гаятри имеет четыре части и шесть видов. Это сказано и в риче:

Таково его величие, еще более [велик] пуруша.
Все существа – его стопа, три [другие] его стопы – бессмертие в небе.

Поистине, что [зовется] "Брахман", то, поистине, и есть это пространство вне человека. Поистине, что есть пространство вне человека,

то, поистине, и есть это пространство в человеке. По истине, что есть пространство в человеке,

то, поистине, и есть это пространство в сердце. Оно полно и неизменно. Кто знает это, тот получает полное и неизменное счастье.


13

Поистине, это сердце имеет пять божественных отверстий. Его восточное отверстие – это дыхание [в легких], это глаз, это Адитья. Его следует почитать как жар и пищу. Кто знает это, тот наделен жаром и бывает поедателем пищи.

И его южное отверстие – это дыхание, разлитое по телу, это ухо, это луна. Его следует почитать как счастье и почет. Кто знает это, тот счастлив и почитаем.

И его западное отверстие – это дыхание идущее вниз, это речь, это Агни. Его следует почитать как свет божественного знания и пищу. Кто знает это, тот светится божественным знанием и бывает поедателем пищи.

И его северное отверстие – это общее дыхание, это разум, это Парджанья. Его следует почитать как славу и красоту. Кто знает это, тот наделен славой и красотой.

И его верхнее отверстие – это дыхание, идущее вверх, это Ваю, это пространство. Его следует почитать как силу и величие. Кто знает это, тот силен и велик.

Поистине, эти пять слуг Брахмана – хранители дверей небесного мира. Кто знает, что эти пять слуг Брахмана – хранители дверей небесного мира, в семействе того рождается герой. Небесного мира достигает тот, кто знает, что эти пять слуг Брахмана – хранители дверей небесного мира.

И свет, который сияет над этим небом, над всем, над каждым, в непревзойденных, высших мирах, поистине, он и есть тот свет, который [находится] в этом человеке. Его видно,

когда прикосновением ощущают тепло тела. Его слышно, когда, заткнув уши, слышат [нечто], словно гул, словно гудение, словно [шум] пылающего огня. Его следует почитать и как виденное, и как слышанное. Тот прекрасен видом, о том всюду слышат, кто знает это, кто знает это.


14

Воистину, все это – Брахман. Пусть почитают его в спокойствии как джалан. Воистину, человек состоит из намерения. Какое намерение имеет человек в этом мире, таким он становится, уйдя из жизни. Пусть же он исполняет свое намерение.

Состоящий из разума, чье тело – жизненное дыхание, чей образ – свет, чье решение – истина, чья сущность – пространство; содержащий в себе все деяния, все желанья, все запахи, все вкусы, охватывающий все сущее, безгласный, безразличный –

вот мой Атман в сердце, меньший, чем зерно риса, чем зерно ячменя, чем горчичное семя, чем просяное зерно, чем ядро просяного зерна; вот мой Атман в сердце, больший, чем земля, больший, чем воздушное пространство, больший, чем небо, больший, чем эти миры.

Содержащий в себе все деяния, все желанья, все запахи, все вкусы, охватывающий все сущее, безгласный, безразличный – вот мой Атман в сердце; это Брахман. Кто [полагает]: "Уйдя из жизни, я достигну его", у того, поистине, не будет сомнений. Так сказал Шандилья, [сказал] Шандилья.


15

Не истощается ларец, внутренность которого – воздушное пространство, а дно – земля.
Ибо страны света – его углы, небо – его верхнее отверстие.
Он, этот ларец, содержит в себе богатство; все сущее покоится в нем.

Имя его восточной стороны – "жертвенная ложка", "страдающая" – имя южной, "царица" – имя западной, "благоденствующая" – имя северной. Ветер – их дитя. Кто знает, что этот ветер – дитя стран света, тот не плачет в плаче по сыну. "Я знаю, что этот ветер – дитя стран света, – да не буду я плакать в плаче по сыну.

К негибнущему ларцу я прибегаю ради такого-то, такого-то, такого-то. К дыханию я прибегаю ради такого-то, та кого-то, такого-то. К "бхус" я прибегаю ради такого-то, такого-то, такого-то. К "бхувас" я прибегаю ради такого-то, такого-то, такого-то. К "свар" я прибегаю ради такого-то, такого-то, такого-то".

Когда я сказал: "К дыханию я прибегаю", то, поистине, дыхание – это существующее, что есть здесь. К нему я и прибег.

И когда я сказал: "К "бхус" я прибегаю", то [тем самым] я сказал: "К земле я прибегаю, к воздушному пространству я прибегаю, к небу я прибегаю".

И когда я сказал: "К "бхувас" я прибегаю", то я сказал: "К огню я прибегаю, к ветру я прибегаю, к солнцу я прибегаю".

И когда я сказал: "К "свар" я прибегаю, то я сказал: "К Ригведе я прибегаю, к Яджурведе я прибегаю, к Самаведе я прибегаю", – вот что я сказал.


16

Поистине, человек – жертвоприношение. [Первые] двадцать четыре года его [жизни] – это утреннее возлияние, ибо гаятри содержит двадцать четыре слога, и утреннее возлияние сопровождается гаятри. С этой [частью жертвоприношения] связаны васу. Поистине, жизненные силы – васу, ибо они побуждают жить все сущее.

И если в этот период жизни что-либо причиняет ему страдание, то пусть он произнесет: "Жизненные силы, васу! Продлите мое утреннее возлияние до полуденного возлияния. Да не погибну я – жертвоприношение – среди жизненных сил – васу!" – так он освобождается от этой [болезни] и становится здоровым.

Далее, [следующие] сорок четыре года – это полуденное возлияние, ибо триштубх содержит сорок четыре слога, и полуденное возлияние сопровождается триштубхом. С этой [частью жертвоприношения] связаны рудры. Поистине, жизненные силы – рудры, ибо они заставляют плакать все сущее.

И если в этот период жизни что-либо причиняет ему страдание, то пусть он произнесет: "Жизненные силы, рудры! Продлите мое полуденное возлияние до третьего возлияния. Да не погибну я – жертвоприношение – среди жизненных сил – рудр!" – так он освобождается от этой [болезни] и становится здоровым.

Далее, [следующие] сорок восемь лет – это третье возлияние, ибо джагати содержит сорок восемь слогов, и третье возлияние сопровождается джагати. С этой [частью жертвоприношения] связаны адитьи. Поистине, жизненные силы – адитьи, ибо они берут себе все сущее.

И если в этот период жизни что-либо причиняет ему страдание, то пусть он произнесет: "Жизненные силы, адитьи! Продлите мое третье возлияние до полного срока жизни. Да не погибну я – жертвоприношение – среди жизненных сил – адитьев!" – так он освобождается от этой [болезни] и становится здоровым.

Поистине, зная это, Махидаса Айтарея сказал: "Зачем ты причиняешь мне страдание, если я от него не умру?". Он жил сто шестнадцать лет. Сто шестнадцать лет живет тот, кто знает это.


17

Когда он голодает, когда испытывает жажду, когда воздерживается от удовольствий, то это его посвящение перед церемонией.

И когда он ест, когда пьет, когда предается удовольствиям, то он участвует в упасадах.

Далее, когда он смеется, когда веселится, когда производит совокупление, то он участвует в пении и чтении гимнов.

Далее, подвижничество, подаяние, честность, ненасилие, правдивость – это его дары [жрецам].

Поэтому говорят: "породит", "породил" – это его новое рождение. Смерть – это конечное омовение.

И, передав это Кришне, сыну Деваки, Гхора Ангираса – а он освободился от желаний – сказал: "Пусть в час смерти прибегают к таким трем [мыслям]: "Ты – негибнущее, ты – неколеблемое, ты – сущность жизни"".

Об этом – два рича:

Затем [они видят утренний свет, происходящий] от древнего семени, [который сияет под небом].
За тьмою видя высший свет, видя высший блеск.
Мы достигли солнца, бога среди богов, света наивысшего, света наивысшего.


18

Пусть почитают Брахмана как разум – это относительно тела. Теперь – относительно божеств. Пусть почитают Брахмана как пространство. Таково двойное наставление: и относительно тела, и относительно божеств.

Этот Брахман имеет четыре стопы: речь – стопа, дыхание – стопа, глаз – стопа, ухо – стопа. Это относительно тела. Теперь – относительно божеств: огонь – стопа, ветер – стопа, солнце – стопа, страны света – стопа. Таково двойное наставление: и относительно тела, и относительно божеств.

Поистине, речь – одна из четырех стоп Брахмана. Она сияет и греет светом огня. Славой, почетом, светом божественного знания сияет и греет тот, кто знает это.

Поистине, дыхание – одна из четырех стоп Брахмана. Она сияет и греет светом ветра. Славой, почетом, светом божественного знания сияет и греет тот, кто знает это.

Поистине, глаз – одна из четырех стоп Брахмана. Она сияет и греет светом солнца. Славой, почетом, светом божественного знания сияет и греет тот, кто знает это.

Поистине, ухо – одна из четырех стоп Брахмана. Она сияет и греет светом стран света. Славой, почетом, светом божественного знания сияет и греет тот, кто знает это; тот, кто знает это.


19

Солнце – это Брахман, таково наставление. Вот его объяснение. Вначале этот [мир] был несуществующим. Он стал существующим. Он стал расти. Он превратился в яйцо. Оно лежало в продолжение года. Оно раскололось. Из двух половин скорлупы яйца одна была серебряной, другая – золотой.

Серебряная [половина] – эта земля, золотая – небо, внешняя оболочка – горы, внутренняя оболочка – облака и туман, сосуды – реки, жидкость в зародыше – океан.

И то, что родилось, это солнце. Когда оно рождалось, поднялись возгласы, крики и [поднялись] все существа и все желанное. Поэтому при его восходе и каждом его возвращении поднимаются возгласы, крики, и все существа, и все желанное.

Кто, зная это, почитает солнце как Брахмана, того быстро достигнут благие возгласы, тому они доставят радость, доставят радость.


https://www.psyoffice.ru/9/upani01/txt35.html

Представления: 2063

Комментарий

Вы должны быть участником ЭСПАВО (Международная Ассоциация Работников Света), чтобы добавлять комментарии!

Вступить в ЭСПАВО (Международная Ассоциация Работников Света)

Комментарий от: Иван Статистик, Май 6, 2022 в 2:23am
В данной трактовке пчела – воплощение всепрощающей любви, которая, как мед, услаждает живущих. Но где же ее жало? Может ли быть полноценным логос Небесной Пчелы-Любви, если она дарит мед, но никого не жалит? Ответ на эти вопросы будет дан чуть позже, а пока вернемся к Вергилию.
Соединяя еврипидовский образ пчелы-любви с гомеровским хронотопом пещеры, Вергилий в «Энеиде» еще раз возвращается к этому мистическом хронотопу: так, именно в пещере состоялся «брак» Дидоны и Энеея, но, действуя в согласии с Венерой, внушающей героям страсть, уязвляет и губит Дидону в пещере не пчела, а Юнона.
165 В темной пещере вдвоем троянский вождь и Дидона
Скрылись. Тотчас Земля и Юнона, вершащая браки,
Подали знак: огнями эфир, соучастник союза,
Вспыхнул, и воплями нимф огласились окрестные горы.
Первой причиною бед и первым к гибели шагом
170 Был тот день. Забыв о молве, об имени добром,
Больше о тайной любви не хочет думать Дидона:
Браком зовет свой союз и словом вину прикрывает [3: с. 183].
Любовь несет блаженство и смерть, как пчела – мед и яд. Передавая муки любви, современная итальянская поэтесса Перла Каччагуэрра (1926–2012) поет:
но когда я смотрю на тебя,
у меня пчёлы гудят в венах
и соловьи
поют в моём горле,
потому что я тебя люблю [2: с. ].
Пчела как архетип телесной страсти, хотя и предваряет Логос Любви, но в отличие от Новозаветной трактовки Любовного умиротворения и всепрощения, античная страсть нарушает свободу личности. Дидона полюбила вопреки своим убеждениям, изменила памяти мужа. Любовь здесь как наваждение, как подминающий под себя личность – рок. Сверхличная воля и логика также вторгается в душу Тристана и Изольды в виде любовного зелья, выпитого ими на корабле – приворот пробуждает лишь половой инстинкт. Он не облагораживает личность: поэтому естественную и благодатную любовь Марка логично противопоставить страсти Тристана. Инородная по отношению к человеческой свободе сила может быть названа по-разному: Юнона, зелье, чары – античные небожители не только в этой сцене заменяются в аналогичных сюжетах христианского времени на злые колдовские силы (например, Аякс разит овец под влиянием Афины, а Дон Кихот приписывает аналогичное воздействие на себя злому чародею) – но действует эта сила в Новое время именно потому, что герои недостаточно чисты душой, например, уединение провоцирует их на пробуждение любовного томления и вожделения – а далее вступает в силу воля рока. Интересно этот феномен описывает Марк Подвижник (IV–Vвв.): крещение избавляет нас от первородного греха, а следовательно, и от «насильственного рабства» [10: с. 121] духам зла, но каждый человек наделен свободой и вправе выбирать: следовать заповедям или нет, а нарушающий заповеди вновь оказывается под властью греха и насильственного рабства, таким образом, человеческая свобода основана на любви к Творцу и его заповедям.
Когда пчелы становятся частью повседневного быта, то и рой пчел приобретает положительную коннотацию. Так, у Вергилия рой пчел появляется в функции вестника богов: пчелы символизируют вскоре появляющихся из-за моря троянцев и предсказывают, вместе с сиянием над головой Лавинии, что ее, избранницу небес, ждет удивительно счастливая судьба.
Дальнейшее развитие метафизического смысла архетипа пчелы происходит в христианской культуре. Показательно, что у святого Феофилакта Болгарского, комментирующего Евангелие от Луки (24:44), мед является выражением очищенной природы человека, ибо он послужил пищей воскресшему Христу – и Богу стало «снедью то, что было прежде скверно. Это означается пчелиным сотом, то есть нынешняя сладость нашего естества, прежде отверженного. Впрочем, есть мед трутневый – языческая мудрость, и есть мед пчелиный – премудрость Божественная, а пчела есть Христос. Хотя она мала величиной, ибо слово сокращенно и слабо силой, ибо Павел проповедует не в силе слова, чтобы не упразднить креста» [16].
Комментарий от: Иван Статистик, Май 6, 2022 в 2:11am
Порфирий переходит от натурфилософского символа пчелы, свойственной Библии, Гомеру и Л.Толстому, к трактовке мистической и далекой от натурфилософии. Пчела пребывает в пещере смерти, но содержит потенцию возрождения. Так же этот архетип трактует и Вергилий, видимо, знакомый с трактатом Порфирия и соревнующийся с самим Гомером, а также превращающий пещеру в аид, и указывающий, что в нем также вьются души, подобные пчелам («Энеида»: VI, 707).
Этот зрительный образ повторяет и Данте в «Божественной комедии», но если у Вергилия вокруг лилий и других цветов реют, подобно пчелам, племена и народы, готовые возродиться, то у Данте – ангелы над Пламенеющей Розой, символизирующей божественный центр или являющейся обозначающим его логосом. То есть античная сакральная пчела находится на грани миров: своеобразная маргинальность, или пограничность и антиномичность, будет присуща сакральным и философским трактовкам образа пчелы и в других памятниках литературы. Пчела маргинальна и потому, что стоит на пороге жизни и смерти, становится выражением дуальности мира.
Так, в «Ипполите» Еврипида пчела тоже находится на грани двух миров: сладостно-медовой любви – и жалящей смерти. Вспомним, что и ап. Павел восклицает: «Смерть! где Твое жало?» (1 Кор.15: 55; а также: 2 Кор. 12: 7 и Ос., 13:14), а древний Еврипид доверяет своему герою сказать:
Ограда священная Фивы,
Дирцеи кипящая пена,
Вы ужасы миру о силе.
Могли бы Киприды поведать.
Она, средь громов блистаний
Склонивши на брачное ложе.
Грядущую Вакхову матерь,
В объятия кинула смерти,
О, страшная сила и сладость!
Пчела с ее медом и жалом! (стихи 635-644)
Здесь Киприда сравнивается с пчелой, так как жалит и губит дочь Кадма – царя Фив, с их источником Дирцеей, - то есть губит Семелу, которой Гера мстит за связь с Зевсом. Пчела становится архетипическим образом соединения в любви блаженства и смерти. Жалящая сила любви запечатлелась не только в образе амура со стрелами (причем пчела, грозящая смертью, опаснее его), но и в комедии «Привидение» Плавта, где Филолахет сетует, что его разрушающийся дом-душу, словно дождь, промочила любовь, стрелы любви долетели и до сонетов Петрарки, но для Возрождения более характерна тема созидающей силы любви, которая, впитав идеи «Циклопа» Овидия и традицию трубадуров, выразилась, например, в «Амето» Боккаччо.
Пчела как архетипический образ любви (Венеры Пандемос, то есть вульгарной, простонародной, пробуждающей животные инстинкты) предваряет христианский логос Божественной Любви, Логос Христа, соотнесенного со пчелой. Ибо в Евангельском мире Господь – это воплощение Любви. И в Новом Завете, в послании апостола Павла. есть даже словесная икона Любви Небесной и Божественной: «Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я - медь звенящая или кимвал звучащий. Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви,- то я ничто. И если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы. Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит. Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится» (1 Кор., 8: 1–8).
Комментарий от: Иван Статистик, Май 6, 2022 в 2:02am
Мы видим, что женщина-пчела восхваляется за плодовитость и трудолюбие и окончательно меняет отрицательную коннотацию на положительную.
В другой важной натурфилософской трактовке символа пчелы она предстает как собирательница меда мудрости, - что отражает, например, средневековый сборник изречений «Пчела», включающий в себя примеры, как древнегреческой мудрости, так и библейской, и святоотеческой. Отметим также влияние сборника на Даниила Заточника. Подобное осмысление символа пчелы опирается на текст Библии и ее комментаторов. Интерпретируя Евангелие (Мф.;11,;17–18), св. Феофилакт Болгарский указывает: «Равным образом народ ел и мед, производимый пчелами, то есть пророками; но он оставался у него без ухода и не был умножаем углублением и правильным разумением, хотя евреи и думали, что они разумеют и постигают Писание. Они имели Писания, как бы некоторый мед, но не трудились над ними и не исследовали их» [15].

Мы видим, что натурфилософское понимание символа пчелы зависит как от того, зародилось ли пчеловодство, так и от того, частную или роевую жизнь пчел наблюдает автор. Коллективный инстинкт чаще воинственного, и всегда единодушного роя противостоит мудрости и трудолюбию избранных Пророков, а пчела роевая противопоставлена одинокой так же, как инстинкт – мудрости. Словом, роевая пчела деятельна, экстравертна, решительна и действует инстинктивно. Одинокая пчела мудра, плодовита и добродетельна.
Отметим также, что к Гомеру восходит традиция не только натурфилософских, но и мистических, или сакральных интерпретаций архетипа пчелы. Итак, в «Одиссее» пчелы упоминаются лишь однажды в связи с описанием Пещеры нимф:
Где заливу конец, длиннолистая есть там олива.
Возле оливы – пещера прелестная, полная мрака,
В ней – святилище нимф; наядами их называют.
Много находится в этой пещере амфор и кратеров
Каменных. Пчелы туда запасы свои собирают (XIII, 102-106)
В понимании философа Порфирия (232/233, Тир — 304/306, Рим), неоплатоника, ученика и комментатора Плотина, нападавшего на веру христиан, но вместе с тем и опиравшегося на библейскую традицию, пчелы – это души столь благодатные, что они не только нисходят в пещеру как в мир смерти и посмертного становления, но и готовы вознестись к новому рождению благодаря своим добродетелям. При этом мед имеет не только очистительную и охранительную силу, но и власть наслаждением связывать дух с плотью и материей, тем убивая его, поэтому мед становится архетипическим обозначением смерти и даром, который приносят в жертву богам Аида: «Мед делали иногда и символом смерти, почему возлияния медом были жертвой подземным богам, а жёлчь – символом жизни. Этим как бы намекалось на то, что наслаждение погашает жизнь души, а горечь – возрождает, ввиду чего и богам приносили в жертву желчь. Или этим намекалось на то, что смерть – разрешительница скорбей, а жизнь полна страданий и горечи» [11]. Порфирий противопоставляет Мед как архетипическое обозначение смерти – жёлчи, возрождающей горечью и приносимой в жертву богам – покровителям жизни. Здесь, видимо Порфирий имеет в виду, что Спасителю на кресте преподносят именно жёлчь.
Мы видим, что сладость, которую несет пчела, – мед – легко становится как образом-архетипом блаженной жизни, любви и мудрости – так и смерти, что дошло до нас в виде традиционного поминального блюда, которым являются блины с медом. Это подчеркивает маргинальность и дуальность пчелы: она может пребывать в царстве мертвых или в пещере, а может быть воплощением торжества жизни над смертью. То есть она способна преодолевать границу между жизнью и смертью в обе стороны. Таким образом, она может становиться архетипическим обозначением воскресения.
Комментарий от: Иван Статистик, Май 6, 2022 в 1:18am
Толстой меняет отрицательную коннотацию – на положительную, и наделяет роевым чувством не атакующих врагов, а протагониста исторической драмы – русских. Толстовская идея роевой жизни, переосмысляя библейских архетип, отражает идею соборности, важную также для творчества Достоевского. Однако у Толстого сделан акцент на природной естественности инстинктивного человеческой единства, полностью подчиняющего себе единичную волю, а красота личности в том и состоит, что она жертвует частными интересами во имя общих – роевых, как Наташа, решившая вывести раненых, а не родительские ковры на подводах, – в то время как у Достоевского соборность соотнесена с духовной жизнью коллектива и основана на глубинной поэзии личного самосознания, личной ответственности, выразившегося, например, в сне Дмитрия, когда он видит «дитё», понимая, что все за всех виноваты.
Как указано в «Словаре античности» (статья «пчеловодство»), разводить пчел в Древней Греции начали во времена Гесиода (VIII–VII вв.), следовательно, Гомеровский мир – это мир диких пчел, поэтому их рой пока обладает отрицательной коннотацией, а мотив роевого инстинкта превалирует над радостью, приносимой медом. С началом развития пчеловодства к образу гневного роя добавляется образ единичной пчелы. Семонид Аморгский (VII–VI вв.), развивая мотивы женоненавистничества Гесиода, создает своеобразный каталог женских характеров («О женщинах», или «Различно женщин нрав сложил вначале Зевс…»), указывая, что он сотворил иную – из обезьяны, а
Иную — из пчелы. Такая — счастья дар.
Пред ней одной уста злословия молчат;
Растет и множится достаток от нее;
В любви супружеской идет к закату дней,
Потомство славное и сильное родив.
Средь прочих жен она прекрасней, выше всех,
Пленяя прелестью божественной своей,
И не охотница сидеть в кругу подруг,
За непристойными беседами следя.
Вот лучшая из жен, которых даровал
Мужчинам Зевс-отец на благо, вот их цвет.
А прочие — увы! — по промыслу его
И были бедствием и будут для мужей.
Да, это зло из зол, что женщиной зовут… [12].
Комментарий от: Иван Статистик, Май 6, 2022 в 1:11am
Анализ натурфилософских и мистических, или сакральных, интерпретаций пчелы приводит к утверждению: еще в античности пчела становится символом любви, соединяющим медовую сладость и смертные муки, испытанные, например, Дидоной. Христианская культура наполняет этот символ новым смыслом: рождается идеальная модель поведения, которой следуют страстотерпцы, принося себя в жертву, страдая и умирая ради сладкой любви к ближним. Статья завершается каталогом символических осмыслений пчелы в «Добротолюбии».
Ключевые слова: роевая жизнь, пчелы в пещере, пчела как Логос Любви.

Одни из древнейших упоминаний пчел принадлежат Гомеру: двукратное обращение к ним в переведенной Жуковским «Илиаде» свидетельствует об общности гомеровского понимания этого символа с Библейским, предложенным Архимандритом Павлом (Стефановым), который сообщает, что для евреев Дебора-пчела – образ вооруженного воина-врага: «В других местах Библии говорится о нападательном духе и коллективном инстинкте пчел. Моисей напоминает евреям об их врагах: “Преследовали вас так, как делают пчелы” (Втор. 1:44). Псалмопевец жалуется на то, что неприятели окружили его, как пчелы (Пс. 117:12). В книге пророка Исаии (7:8) пчелы уподобляются наказанию, которое постигнет иудеев, когда ими овладеют ассирийцы» [13]. Как в Библии, так и у Гомера пчелы символизируют воинственно настроенную массу людей, подобных племенам архивян, которые «из горных пещер вылетая роями,/Мчатся густые, всечасно за купою новая купа…» (II, 58-59), и которые, «пчелы они, иль как пестрые, верткие осы» (XII, 87), злобно сражаются, спасая свои дома и детей. В интерпретации Аристофана язвящие осы (из одноименной комедии) – это сутяги, воинственность которых лишена героизма и направлена против своих же граждан. Осы Аристофана – травестийный двойник воинственных пчел.
Позже коллективный инстинкт пчел будет опоэтизирован Л. Толстым, повествующим о роевой жизни русских в 1812, и сопряжен с идеей непротивления злу насилием, поскольку русский рой, лишенный нападательного инстинкта, оставляет и сжигает Москву, на которую наложен архетип Феникса. Роевой инстинкт в гомеровской и библейской трактовке – катафатический, являющий духовную и воинскую доблесть и славу. В трактовке же Толстого роевой инстинкт апофатический, юродствующий – с христианской точки зрения, и отчасти даже трикстерный. Юродство облагораживает и воцерковляет трикстерную составляющую национального характера. В Библии и в мире Гомера роевой инстинкт приписывается всегда антагонисту исторической драмы – племени, враждебно настроенному против греков или иудеев.
Комментарий от: Иван Статистик, Май 6, 2022 в 1:05am
Пчела - символ любви
Светлана Герасимова

https://proza.ru/2018/11/03/1315
Комментарий от: Иван Статистик, Май 6, 2022 в 12:36am
Архетип пчела

Пчела — необыкновенно многогранный символ. Она олицетворяет мудрость, плодородие, трудолюбие, экономность, порядок, чистоту и целомудрие. В ряде традиций пчела служила символом неба и звезд, а так же принимала участие в сотворении мира, выступая на стороне бога против злого духа.

С другой стороны, пчела и мед тесно связаны с потусторонним миром, культом мертвых, похоронными обрядами. В то же время изображенные на гробницах пчелы означали бессмертие и воскрешение, возможно, потому, что зимняя спячка пчел истолковывалась как их временная смерть. В греческой, арийской, ближневосточной, исламской традициях пчелы были аллегорией души.

Пчелиный рой означает землю, душу земли, защиту и материнство, трудолюбие и бережливость. Ряд положительных символических смыслов связывается и с пчелиным ульем: упорядоченное общество, мудрость, красноречие. Пчела и мед являются универсальными символами поэтического слова, шире — самой поэзии. В древнегреческой и римской традиции поэты нередко сравнивают себя с пчелами.

В мифах пчела часто является атрибутом или одним из воплощений Великой Матери. Пчелу связывали с Кибелой, Артемидой (Дианой), Деметрой, Персефоной, Афродитой; их жриц называли «пчелами». Позже пчела стала эмблемой Девы Марии. Этими древними представлениями можно объяснить некоторые выражения, сохранившиеся до нашего времени: украинцы называли пчелу "святой", немцы давали ей названия "божья птица" и "птица Марии".

В ряде традиций пчела связана и с богом-громовержцем, а так же с дубом, выступающим и как мировое дерево, и как дерево громовержца. Зачастую пчела — символ верховной власти. Она символизировала королевскую власть или монархическую систему на древнем Среднем Востоке, в Древней Греции и Древнем Египте. Идеальное устройство общества в его монархическом варианте нередко соотносили с пчелиным ульем.

У египтян пчела была эмблемой Нижнего Египта. Она — подательница жизни, символ рождения, смерти и воскрешения, гармоничной жизни, трудолюбия и непорочности. Вместе с тем пчела была и образом царской мощи, особой витальной силы, царской мудрости, накопляемой подобно тому, как пчелы собирают нектар.

В Древний Индии пчела была символом Индры, Вишну, Кришны, Шивы. Голубая пчела на лбу — знак Кришны; на лотосе — Вишну; над треугольником — Шивы. Из пчел, олицетворяющих «сладкое мучение», состоит тетива бога любви Камы, и за ним вечно тянется вереница пчел. В «Атхарваведе» духовное познание уподобляется производству меда пчелами.

В хеттских мифах пчела сохранила мир от засухи, найдя исчезнувшего сына бога плодородия Телепинуса.

Греки видели в символе пчелы трудолюбие, преуспевание, чистоту, бессмертие. Пчелиная тема определяет многие черты устройства и организации древних святилищ (например, храм Артемиды в Эфесе). Сама Артемида рассматривалась как образ священной пчелы, Деметру называли «чистой Матерью-Пчелой», Великую Мать — «Царицей Пчел». В богатом мёдом Эпидамне особенно почитали родоначальницу пчел нимфу Мелиссу.

Пчелы считались хранительницами красноречия и пения, «птицами Муз». Зевс Критский родился в пчелином дупле и был вскормлен пчелами. В Греции форма улья часто использовалась для погребений; предполагалось, что это связано с мотивом бессмертия. Кроме того, считалось, что души умерших могут переселяться в пчел.

Пифийскую прорицательницу называли «Дельфийской Пчелой», пчелам приписывалась способность предвещания. Согласно дельфийской традиции, они возвели второй храм в Дельфах.

В орфическом учении пчелы считались воплощением души, потому, что они перемещаются роем, подобно душам, которые, как полагали орфики, «роем» отделяются от божественного Единого.

У кельтов пчелы переносили тайную мудрость, идущую от другого мира. "Пчелиным путем" представляется в описании германцев воздух, заполненный душами мертвых.

В христианстве благодаря своему трудолюбию, пчела стала символом деятельности, прилежания, трудолюбия, порядка и религиозного красноречия. О святых, прославившихся своими речами, таких как св. Амвросий и св. Иоанн Златоуст, говорится, что их слова были сладкими, как мед. Св. Амвросий сравнивал церковь с ульем, а христианина — с пчелой, которая неустанно трудится и остается преданной своему улью. Улей, таким образом, является символом сплоченной религиозной общины и означает упорядоченное и благочестивое сообщество. Пчела, которая, как считается, никогда не спит, символизирует у христиан рвение и бдительность. Летающая в воздухе пчела - это душа, вступающая в Царство Небесное. Представление о том, что пчелы живут лишь ароматом цветов, сделало их символом чистоты и воздержанности.
Евгения Мищенко
Комментарий от: Иван Статистик, Май 6, 2022 в 12:36am
Архетип пчела

Пчела — необыкновенно многогранный символ. Она олицетворяет мудрость, плодородие, трудолюбие, экономность, порядок, чистоту и целомудрие. В ряде традиций пчела служила символом неба и звезд, а так же принимала участие в сотворении мира, выступая на стороне бога против злого духа.

С другой стороны, пчела и мед тесно связаны с потусторонним миром, культом мертвых, похоронными обрядами. В то же время изображенные на гробницах пчелы означали бессмертие и воскрешение, возможно, потому, что зимняя спячка пчел истолковывалась как их временная смерть. В греческой, арийской, ближневосточной, исламской традициях пчелы были аллегорией души.

Пчелиный рой означает землю, душу земли, защиту и материнство, трудолюбие и бережливость. Ряд положительных символических смыслов связывается и с пчелиным ульем: упорядоченное общество, мудрость, красноречие. Пчела и мед являются универсальными символами поэтического слова, шире — самой поэзии. В древнегреческой и римской традиции поэты нередко сравнивают себя с пчелами.

В мифах пчела часто является атрибутом или одним из воплощений Великой Матери. Пчелу связывали с Кибелой, Артемидой (Дианой), Деметрой, Персефоной, Афродитой; их жриц называли «пчелами». Позже пчела стала эмблемой Девы Марии. Этими древними представлениями можно объяснить некоторые выражения, сохранившиеся до нашего времени: украинцы называли пчелу "святой", немцы давали ей названия "божья птица" и "птица Марии".

В ряде традиций пчела связана и с богом-громовержцем, а так же с дубом, выступающим и как мировое дерево, и как дерево громовержца. Зачастую пчела — символ верховной власти. Она символизировала королевскую власть или монархическую систему на древнем Среднем Востоке, в Древней Греции и Древнем Египте. Идеальное устройство общества в его монархическом варианте нередко соотносили с пчелиным ульем.

У египтян пчела была эмблемой Нижнего Египта. Она — подательница жизни, символ рождения, смерти и воскрешения, гармоничной жизни, трудолюбия и непорочности. Вместе с тем пчела была и образом царской мощи, особой витальной силы, царской мудрости, накопляемой подобно тому, как пчелы собирают нектар.

В Древний Индии пчела была символом Индры, Вишну, Кришны, Шивы. Голубая пчела на лбу — знак Кришны; на лотосе — Вишну; над треугольником — Шивы. Из пчел, олицетворяющих «сладкое мучение», состоит тетива бога любви Камы, и за ним вечно тянется вереница пчел. В «Атхарваведе» духовное познание уподобляется производству меда пчелами.

В хеттских мифах пчела сохранила мир от засухи, найдя исчезнувшего сына бога плодородия Телепинуса.

Греки видели в символе пчелы трудолюбие, преуспевание, чистоту, бессмертие. Пчелиная тема определяет многие черты устройства и организации древних святилищ (например, храм Артемиды в Эфесе). Сама Артемида рассматривалась как образ священной пчелы, Деметру называли «чистой Матерью-Пчелой», Великую Мать — «Царицей Пчел». В богатом мёдом Эпидамне особенно почитали родоначальницу пчел нимфу Мелиссу.

Пчелы считались хранительницами красноречия и пения, «птицами Муз». Зевс Критский родился в пчелином дупле и был вскормлен пчелами. В Греции форма улья часто использовалась для погребений; предполагалось, что это связано с мотивом бессмертия. Кроме того, считалось, что души умерших могут переселяться в пчел.

Пифийскую прорицательницу называли «Дельфийской Пчелой», пчелам приписывалась способность предвещания. Согласно дельфийской традиции, они возвели второй храм в Дельфах.

В орфическом учении пчелы считались воплощением души, потому, что они перемещаются роем, подобно душам, которые, как полагали орфики, «роем» отделяются от божественного Единого.

У кельтов пчелы переносили тайную мудрость, идущую от другого мира. "Пчелиным путем" представляется в описании германцев воздух, заполненный душами мертвых.

В христианстве благодаря своему трудолюбию, пчела стала символом деятельности, прилежания, трудолюбия, порядка и религиозного красноречия. О святых, прославившихся своими речами, таких как св. Амвросий и св. Иоанн Златоуст, говорится, что их слова были сладкими, как мед. Св. Амвросий сравнивал церковь с ульем, а христианина — с пчелой, которая неустанно трудится и остается преданной своему улью. Улей, таким образом, является символом сплоченной религиозной общины и означает упорядоченное и благочестивое сообщество. Пчела, которая, как считается, никогда не спит, символизирует у христиан рвение и бдительность. Летающая в воздухе пчела - это душа, вступающая в Царство Небесное. Представление о том, что пчелы живут лишь ароматом цветов, сделало их символом чистоты и воздержанности.
Евгения Мищенко
Комментарий от: Иван Статистик, Май 3, 2022 в 12:36pm
Осмотр пчел в безвзяточный период

http://www.beetools.ru/pchelovodstvo-stati/raboty-na-paseke/osmotr-...


При отсутствии взятка осматривать пчел следует осторожно, т. к. на вскрытый улей могут напасть пчелы соседних ульев, привлеченные запахом меда.

Чтобы предупредить возникновение воровства у пчел на пасеке, не следует при отсутствии взятка открывать ульи на продолжительное время. Летки в ульях надо уменьшить, замазать все щели, зарешетить вентиляционные отверстия. Работать с пчелами лучше всего или рано утром (до начала лёта пчел), или к вечеру, когда лёт пчел ослабевает. При осмотре держать открытыми можно не больше 1-2 рамок. Нельзя оставлять вынутые из улья соты с медом и пчелами на открытом воздухе. Даже небольшую каплю меда, случайно попавшую на улей, сейчас же следует стереть пучком травы; мед, пролитый на землю, засыпать землей.

Помещение, в котором хранится мед или рамки с сушью, надо полностью изолировать от доступа пчел.
Комментарий от: Иван Статистик, Май 3, 2022 в 10:11am
что танец — это способ общения. В начале 20го века другой учёный Карл Риттер фон Фриш обнаружил что танец представляет собой простую окружность и на одном из отрезков пчела начинает вилять. Тогда он решил, что танец связан с различием свойств корма. В ходе дальнейших исследований учёный заявил, что фигура танца — это месторасположение, темп — расстояние, а направление виляния — направление полета по отношению к Солнцу. Последующие исследования позволили узнать, что в танце разведчица сообщает и насколько богато место корма. Так же танец состоит не только из кругов и виляний. Они могут быть в виде серпа или буквы «с», зигзагами, или в форме восьмерки.

Сейчас расшифрованы только некоторые движения танца. Например, круговой танец означает, что пища близко. Если танец виляющий — то значительно дальше. Направление виляния — направление к источнику, частота — расстояние.

Танец пчёл
Найдя подходящее место для сбора нектара, пчела возвращается домой где и исполняет свой танец. Её окружают другие насекомые, время от времени первооткрывательница передает каплю нектара кому-то из товарок — так пчелы узнают о качестве еды. Заинтересовавшиеся пчёлы летят на место, возвращаются с нектаром из нового места и тоже начинают танцевать. Таким образом всё больше и больше пчёл узнают о месте и включаются в работу. Казалось бы, разведчица должна отвести остальных пчел к месту нахождения пищи, но этого не происходит. Пчелам нужно самостоятельно найти место.

Пчёлы танцуют у летка, когда солнечно и ясно. В остальных случаях всё происходит в улье. В улье темно пчелы не могут видеть в темноте и используют свое осязание для получения информации. В этом случае разведчица бегает по сотам. Если бежит прямо и с опущенной головой — еда в противоположной стороне от солнца. Если виляет брюшком и голова поднята — лететь нужно в сторону солнца.

Поддержка проекта

Приглашаем

Последняя активность

Лето оставил(а) комментарий о группе ЛаРа Юмор Эзотерический
"в ядерную доктрину РФ внесены изменения появился пункт применение возможно , если не уследили  за Дмитрием Анатольевичем"
1 час назад
Аврора оставил(а) комментарий о группе Аврора Родник души на перекрёстке миров
"Истинная вера находит место в сердце, а не в разуме. За антихристом пойдет тот, у кого вера будет в разуме, а у кого вера будет в сердце, тот его распознает. Преподобный Гавриил (Ургебадзе)"
2 час. назад
Эль оставил(а) комментарий на сообщение блога Алсур "радость-то какая, есть боженька, пусть его там разорвёт на части за всё что он нам сделал..""
"  Боже, какой Платонов!!! «ВОЗВРАЩЕНИЕ» … .:.  … Вернемся ли мы мы в то самое «вращение»?!… верное вращение, из которого вышли…      во-з- вращение"
2 час. назад
Алсур оставил(а) комментарий на сообщение блога Алсур "радость-то какая, есть боженька, пусть его там разорвёт на части за всё что он нам сделал..""
"Доброго. Любой промежуток - уважаем."
4 час. назад
Майя (авалон:) оставил(а) комментарий на сообщение блога Алсур "радость-то какая, есть боженька, пусть его там разорвёт на части за всё что он нам сделал..""
"аспекты вн внимания УЖЕ или Ещё) каждое восприятие трактует по своему.. не интересно Уже не интересно Ещё есть промежуток... интересно,но Уже или Еще вне интереса. Доброго дня."
4 час. назад
Алсур оставил(а) комментарий на сообщение блога Алсур "радость-то какая, есть боженька, пусть его там разорвёт на части за всё что он нам сделал..""
"потому что некоторые аспекты - ПОКА вне внимания. у меня насчет тебя - вряд ли."
4 час. назад
Майя (авалон:) оставил(а) комментарий на сообщение блога Алсур "радость-то какая, есть боженька, пусть его там разорвёт на части за всё что он нам сделал..""
"Комментарий от: Алсур 58 сек. назад меня? :-) исключительно для тебя, не более: Даже воспоминание соединения (может дать) превращение МОНОЛОГ!)"
4 час. назад
Майя (авалон:) оставил(а) комментарий на сообщение блога Алсур "радость-то какая, есть боженька, пусть его там разорвёт на части за всё что он нам сделал..""
"у кого оно будет спрашивать...? у тебя? меня? Жизнь любит,что бы её жили:) вот нюанс в том,что некоторые аспекты вне внимания... почему?"
4 час. назад

© 2022   Created by ADMIN.   При поддержке

Эмблемы  |  Сообщить о проблеме  |  Условия использования