Анекдот " мой духовный опыт "

[Просмотр блога]

Сама эта фраза – мой духовный опыт – это оксюморон. 
Во-первых, опыт это нечто, предполагающее какую-то длительность, то есть время, а также то, что здесь может быть многообразие переживаний и впечатлений. 
В-вторых, «мой» означает, что существует «не мой», то есть какой-то еще отличный или отдельный, который не может быть «моим», потому что снова есть разнообразие «я», у которых в наличии могут быть разнообразные «мои» штуки и потребности «мне». 
А дух – неизменный, вечный, единственный и целостный – не может содержать в себе ни времени, ни разнообразия, ни индивидуальностей, ни опыта, ни собственности, ни потребностей. 
Дух это сама жизнь, а не некое переживание, контрастирующее с другими переживаниями.

Но вот, в мире пространства-времени, которого не существует, среди многообразия индивидуальностей, которые нереальны, появляется вопрос об опыте, который подобен мгновенной вспышке безумия, которая тут же исчезла, в разуме, который на миг отвлекся от своего естества. И в этом сне-мире властвуют двойственности, поэтому на каждый вопрос обязательно находится ответ.
Однако, двойственность – всего лишь глупая идея, и несмотря на то, что она порождает столько субъектов и объектов, что хватит не на одну, а на мириады иллюзорных вселенных, идея не перестает быть глупой. Неведенье остается неведеньем, сколько бы его не мусолил отвлекшийся разум. Поэтому, вопросы могут быть без ответов, ответы без вопросов, вопрос может заменять другой вопрос, ответ может стирать ответ, и оба они могут пропадать в осознании их ненужности.
В частности, на вопрос о духовном опыте, который является оксюмороном, можно ответить лишь анекдотом и лишь ради хохмы.
Воспринять его серьезно значило бы принять неведенье за истину, а истину за неведенье. И вот ты уже считаешь себя персонажем бессмысленного сна, который нашел смысл в собственном опыте и личной истории. В таком положении ответить будет не сложно – разве сложно перечислить в некой воображаемой последовательности воспоминания о том, как начался духовный поиск, какие события сопутствовали ему и к чему в итоге привели, сквозь взлеты и падения, через сотни изменений и расширений сознания? Как дважды два. И слова, и мысли, и телесные глаза, и пальцы – всё будет помогать описанию такого путешествия персонажа, ведь они тоже часть сна, а посему логически и органически связаны с мировоззреньем и судьбою персонажа.
Более того, описание дается ради того, чтоб другие персонажи прочли его, и тем самым взаимоотношения между «я» и «ты» еще больше укрепят реальность персонажа, которого никогда не существовало.

Итак, какие бы смыслы не вкладывались в слова ради описания индивидуального опыта – всё будет подтверждать, что иллюзия это реальность, а реальность это иллюзия. Соответственно, осознаваться будет лишь то, что принято за реальность, ведь «реально то, что осознаешь», как сказал Морфиус (насылающий сны и верящий в то, чего нет) в Матрице (мире грез). А то, что принято за иллюзию, станет бессознательным, то есть буквально вытесненным из осознанности (столь почитаемой в среде персонажей, считающих себя духовными путниками и искателями истины). Оно не будет осознаваться ни в бодрствовании, ни в ночных сновидениях, ни в глубоком сне без сновидений, ни в медитации, ни в трансе. Осознать вытесненное будет невозможно, поскольку вытеснение происходит до возникновения осознавания. Само осознавание, как процесс, в котором осознающий отличен от осознаваемого, и как принцип свидетельствования подобного зеркалу, незапятнанному тем что оно отражает, — возникает по причине неведенья и является сферой неведенья. А посему, осознать истину невозможно.

Единственный способ использовать и читать слова, не потакая неведенью – смотреть мимо слов, идти за пределы слов по направлению к тому, кто их использует и читает.
Вся духовность — в его пробужденности, весь материальный спектакль теней – в его сне.
Всё целостное знание – в его покое, все многообразные мысли – в его беспокойстве.

Читающий это, воспользуется этими намеками как ключом, чтобы выйти за пределы осознанности и снова обнаружить себя как пишущего это самому себе в качестве будильника.

И в таком случае, анекдот про индивидуальный опыт может скрасить пробуждение (от иллюзии индивидуального опыта), чтоб обнаружить себя улыбающимся в пробужденности и расслабленным в естественности (ведь смех высвобождает напряжение).

Хороший анекдот это короткий анекдот. 
Поэтому, начну с того, что я знал о том, что этот мир лишь сон, с самого начала, то есть не помню, чтоб было такое время, когда б не знал этого. И всегда ощущал безмолвное присутствие, которое считал «истинным домом». Но не давали покоя навязчивость этого сна и прилипчивость внимания к телу, которое постоянно что-то делает. 
Круглые сутки тело или что-то вроде тела перемещается в пространстве и времени, побуждаемое бесконечными желаниями, переживающее неисчислимые впечатления и пребывающее в нескольких сменяющихся состояниях. Вначале вроде прикольно, захватывающий сюжет, но постепенно понимаешь, что это засада, да еще и такая хитрая, что даже в мыслях — она. 
И вот после такого понимания в 4 года, 17 лет жуткая депрессия и непрекращающиеся попытки проснуться, или покончить с телом или придумать как разрушить мир сна. Потом, в 21 год, узнаю о медитациях и о том, что выход таки найден кем-то еще. Практикую 7 лет подряд, пробуя несколько разных подходов и техник, а также мимоходом экспериментируя с различными способностями и спецэффектами. 
«Истинный дом» привел меня к группе практикующих, после чего глубина, интенсивность и озаренность медитаций усилились многократно. «Истинный дом» полностью раскрылся передо мной сначала как несколько гималайских махатм, затем как внутренний мастер, и наконец как я сам. Это узнавание, которое позволяет в любой момент по моей воле заставить исчезнуть весь этот сон-вселенную, и более не путать неведенье с истиной.
Это узнавание, в котором покой беспределен.
Это узнавание, которое позволяет мне как бы расплыться в блаженстве моего немыслимого великолепия и неописуемого бытия.
Это узнавание, которое позволяет творить беспредельное в беспредельном, оставаясь вечным сейчас.
Уже примерно как 2 года персонаж продолжает играть свою роль во сне, взаимодействуя с другими персонажами, как например в данном случае. Но это больше не имеет значения, это совершенно не важно. Это более не навязчивый сон и внимание более не прилипает к телу. Этот сон становится все счастливее и переполнен чудесами, а персонаж становится словно прозрачнее и не заинтересован в делании чего-либо. Время и становление чего-то чем-то еще – тоже потеряло всякий смысл. 
Разве может эта история быть чем-то еще, кроме шутки?
Остается лишь от души посмеяться над всей нелепостью этого рассказа, который является пустышкой, поведанной никем никому низачем)))

из просторов инета....