Когда-то я был фанатичным идеалистом: рвался к масштабным целям и обесценивал маленькие повседневные радости. Душа горела великими надеждами, а реальная жизнь наполнялась оттенками серого.
Мечталось о разном. В детстве хотелось из мрачного СССР переехать в «волшебную» Америку. Эти наивные фантазии грели душу. Потом я влюбился в одноклассницу, и «намоленный» образ штатов как-то сразу сдулся.
Возлюбленная так же подвинулась на второй план, когда разгорелась мечта стать крутым музыкантом. Представлял себя поднявшимся над своим окружением особенным человеком.
Музыкой занимался несколько лет, даже вышел альбом на аудио-кассетах — их тогда еще слушали. А потом прочитал всего Кастанеду, и понял, что хочу стать воином и человеком знания. Всерьез.
Все кастанедовские практики лихорадочно испытывал на себе: отключение внутреннего диалога, осознанные сновидения, сосредоточение на звуках, созерцание, причуды и шутовство под лозунгом «неделания» и усмирения чувства собственной важности. Что-то хаотично получалось.
Затем наступил этап знакомства с Ошо. С ним пришел новый идол — просветление — о нем расскажу больше как-нибудь в другой раз.
Ошо наскучил спустя несколько месяцев. На смену подъехала классика йоги и буддизма. Поглощал множество книг, посещал семинары, ездил в ретриты, тусовался в сектах.
В те времена моим окружением были такие же увлеченные фанатики, каким был сам. Всех прочих, каюсь, считал заблудшей серой массой.
Делал ставку на сказочные высоты, которые продавали духовные школы. Идеализировал учителей: опытным в медитации и ораторстве обычным людям приписывал божественные качества.
Медитация сбегания
Год за годом я все наделся, что начну серьезную практику медитации — ее все учения преподносят главным путем к просветлению. И я начал. По началу медитировал полчаса в день.
Мне стало ясно, что весь секрет — в непрерывном внимании. Обычно оно рассеянно — истощено мыслями и чувствами. А в медитации внимание возвращаешь, и весь его объем фокусируешь на объекте созерцания. Нет тела, мыслей, нет тебя — все внимание на объекте. Ты с ним сливаешься, по сути им становишься. И тогда возникает невероятная легкость, словно вес — это, вообще, не про тебя. А затем — осознание, что ты сам — пространство бытия, в котором все случается.
Такие переживания случались исключительно редко. В это время эго действительно куда-то исчезает. А после… возвращается со всеми заморочками, приписывает себе этот опыт, и сооружает на его основе свежий слой жирных иллюзий грядущего триумфа.
Так хотелось стать святым — слиться со своим идеалом. А повседневной осознанности едва хватало, чтобы отслеживать гнев. В те времена я был моралистом и своих негативных эмоций стыдился. Ситуацию вдвойне обостряло распухшее от необычных переживаний чувство собственной важности.
И все отчетливей обнажалась тщетность своих идеалистичных надежд. Медитация несовместима с ожиданиями. Она случается спонтанно, когда ум забывает сопротивляться настоящему. Наверное, не зря эти зазоры в существовании называют милостью — там держишься на чистой интуиции. А личными усилиями только сползаешь назад, в мир эго.
Предательство настоящего
Особо не отрываясь от своих духовных иллюзий, я как-то (уже не впервые) оказался на презентации «Amway» — зарубежный аналог АО «МММ» — те самые пирамиды, где людям так же, как в сектах промывают головы мифическим успехом. И у меня началось дежавю — все это я уже где-то видел и слышал… Но этого было недостаточно.
Примерно в те же времена случилась очередная влюбленность — вернейший способ бестолку помаяться. И только тогда начал понимать: жажда и духовных, и социальных высот, и фанатизм, и влюбленность — один и тот же акт предательства настоящего в обмен на мечту — вечно убегающий горизонт счастья.
Я думал, что стану счастлив и начну жить, добившись успеха. Пускай небольшого. После очередного буйка нутро действительно расслаблялось. На несколько минут. Иногда, где-нибудь за городом, на день-два. Затем гонка продолжалась.
Казалось, все, кроме высших целей — бессмысленная иллюзия и детские игры, которые ты давно «прошел». Словно в душе сидел какой-то лукавый фокусник. Сначала он выдавал за реальное счастье иллюзии сказочные, затем — социальные, а после — духовные. А за отклонение от лживой мечты грозил обреченностью на болезненную бессмысленность. Либо — идеализация, либо — апатия и уныние.
И вот, когда этот хитрый фокус тебе показывают уже в десятый раз, неожиданно накрывает удивление. Оказывается обе альтернативы — и бессмысленность, и заоблачные идеалы — это созданные тобою же фантазии. Бессмысленность была слепой верой в пустое будущее. Идеал — верой в будущее торжество.
Когда видишь эту правду, какой-то древний спазм в душе, наконец, проходит.
Начать жить
Чтобы начать жить, больше ничего достигать не надо. И высшие цели, и лишенная их пустая жизнь — просто мысли. Когда они рассеиваются, возвращается вкус к живым мелочам настоящего.
Неожиданно обнаруживаешь, что снова, как это было в детстве, интересуешься буквально всем. Ты — снова ребенок в огромном непознанном мире.
Каким бы умным и разочарованным сам себе ни казался, найдется множество людей, кто видит жизнь и глубже, и ясней, но продолжает ей завороженно увлекаться. Вчерашний вкус бессмысленности бытия — самонадеянный самообман.
Мы боимся ослабить хватку за будущий успех, потому что мечта сулит счастье, а ее крах — несчастье. Водоворот надежды и отчаяния — это очень непросветленное состояние. Какая-то предательская пантомима, где иллюзия будущего успеха то и дело обращается кошмаром. И год за годом страдаешь этой… вставьте сюда матерное слово.
Даже если мечта сбудется, никакого счастья не придет, пока не исцелишься от этой болезни обесценивания жизни.
Не надо дожидаться великих свершений, чтобы начать жить. Ведь можно умереть уже завтра… или через тридцать лет — не так важно. Ты уже достиг этого. Ты уже здесь и сейчас — в эпицентре существования.
Достигать иных — социальных и духовных высот можно. Без ставок, без обязаловки. Словно все самое главное ты уже сделал. Ты — уже в настоящем. А реальное будущее свежо. Мы только-только открываем этот чистовик.
Не так важно, чем заниматься. Можно закрыть глаза, ткнуть пальцем по карте, выбрать случайное кафе, съездить туда с другом на экскурсию, и получить впечатлений, как от визита в Лувр. Каждое действие — маленький квест.
Радость жизни складывается из любви к реальному. А мечтать — совсем не вредно, если подходить к реализации устремлений с легкостью, в формате игры.
Сбудется мечта, или нет — не так важно. Важно, что ты любишь настоящее. Больше не надо сбегать в ужасе от призрачного провала к успеху. Главный момент жизни — всегда сейчас.
© Игорь Саторин
В ближайшее время планирую написать о такой весомой радости жизни, как общение по душам.
Источник
Вы должны быть участником ЭСПАВО (Международная Ассоциация Работников Света), чтобы добавлять комментарии!
Вступить в ЭСПАВО (Международная Ассоциация Работников Света)