ЭСПАВО (Международная Ассоциация Работников Света)

Как связать с реальностью слова Иисуса: « Кто ударит тебя в правую щеку, обрати к нему и другую» ? ...

     

                               Истина не только в том, что христианам нужен Иисус, но и в том, что Иисусу нужны                                       христиане для того, чтобы в этом мире продолжала существовать Его энергия.

                                      Тит Нат Хан  «Живой Будда. Живой Иисус»

        

   Удивительная книга- Библия.    Самая читаемая в мире, по количеству изданий, она не может сравниться ни с одной книгой.  Библия переведена более чем на 240 языков и более чем на 700 диалектов.
Но нет другой такой книги, которая содержит столько “непонятных” и , казалось бы “противоречащих” здравому смыслу мест.  И, cколь многое  в Библейских текстах противоречит одно другому.

Отсюда и подход к изложенному в Библии должен быть особым, лишенным прямолинейного поверхностного толкования.

Многое, если не все , в этих текстах  выражено метафорически, и пласты смыслов этих объемных метафор познаются постепенно, раз за разом, слой за слоем.

Познаются самой нашей жизнью, опытом развития нашего сознания, которое становится более расширенным и так готовым постигать и охватывать расширенные и утонченные смыслы.

А все более развитое различение помогает проницать слои искажений в выявлении жемчужин истин...

И, тогда наступает понимание, что Библейские фразы и образы  не всегда трактуются   однозначно и буквально, следуя  внешне смысловому слою  а имеют, порой, более развернутое значение, которое не всегда охватывается cразу.. .. 

Так мы постигаем и многие слова Иисуса, осознавая их в широком библейском контексте : сопоставляя с иными Его изречениями и многочисленными свидетельствами  жизни самого Иисуса.

С этим , мы «подступаем»  к знаменитой фразе Иисуса: 

 « Кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую «

(Мф. 5:38-41),—

подступаем и ... сразу же «спотыкаемся» в своём однозначном толковании, потому что в той же Библии встречаем эпизод реального жизненного осуществления того, что может происходить, когда случается « удар по щеке»:

»... Когда Самого Спасителя ударили по щеке во время допроса в доме иудейского первосвященника, то Его ответ тоже никак нельзя назвать непротивлением: «Если Я сказал худо, покажи, что худо; а если хорошо, что ты бьешь Меня?» (Ин. 18:23)...

... Так Иисус Христос не признал Себя достойным унижений и необоснованных обвинений, и не подставил второй щеки под удар.     “Один из служителей, стоявший близко, ударил Иисуса по щеке, сказав: так отвечаешь Ты первосвященнику? Иисус отвечал ему: " Если Я сказал худо, покажи, что худо; а если хорошо, что ты бьешь Меня?”  (Иоан.18:22-23).   Отказом подставить щеку, Иисус Христос, во-первых, продемонстрировал свою невиновность в обвинениях, и следовательно дал понять, что Он не заслужил презрения.

Во-вторых, Иисус Христос не подставлением второй щеки показал, что он не согласился с несправедливым обвинением, и не подчинился злу и насилию. Но сумел отвратить от себя несправедливость не путем агрессии в ответ на незаслуженное насилие, а кротостью и правдивым вопросом, таким образом, победив зло добром ... «

Не только этот случай из жизни Иисуса, но и многое другое, встречаемое нами в Библии  касательно слов и действий Иисуса , раскрывает нам Его позицию в соприкосновении со злом .

И, тогда приходится понимать и вникать в более глубокий и расширенный контекст фразы Иисуса о « подставлении щеки»,— охватывать отношение Иисуса  ко злу вообще:    и к личному соприкосновению со злом и Его отношение к всеобщему злу и проявлениям злого 

Уже ближайший контекст дает нам некое осмысление.

Вот за какими словами следует пассаж о «щеке»:

«...      Матф.5:38  Вы слышали, что сказано: око за око и зуб за зуб. А Я говорю вам: ..  

          Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую; 

  Заповедь «обрати к нему и другую» ни в коем случае не означает «погладь по голове убийцу или насильника», но означает «не мсти, не враждуй, люби того, кто стал тебе врагом, подняв на тебя руку».   Не неси греха ненависти в своём сердце!  Восстанови справедливость, если это возможно, но не враждуй простив преступника. «

Итак,  слова Иисуса противостоят по смыслу первой— ветхозаветной фразе о воздаянии : «око за око, зуб за зуб».

Он, тем самым,  провозглашает и открывает путь новой справедливости— справедливости, диктуемой любящим и принимающим сердцем.   Тем сердцем, которое ведомо не мщением, а побеждает врага великодушием и беззлобием.

Дальнейшее рассмотрение поступков и слов Иисуса покажет нам, что в противодействии злому и агрессивному можно и даже нужно быть решительным , но все внешние пресечения призваны быть на фоне внутреннего мира в душе и любящего Присутствия ...

Можно «любить врагов своих», но и противостоять им в любви к ближним, страдающим от врагов,

можно прощать свои обиды, но не позволять обижать других,  правомерно подставлять свою   щеку,  но никак не чужую ...

....

В высказываниях выдающихся русских мыслителей и Духовных подвижников находим мы осмысление позиции Иисуса по отношению ко злу.  И, вместе с ними, начинаем рассматривать фразу о « подставлении щеки» не примитивно буквально, а более объёмно и многозначно.

Елена Рерих в своих письмах обращается к соратникам по духовной работе:

«... Принято изображать Христа каким-то всепрощающим непротивленцем, но такое представление, прежде всего, кощунственно. Не сам ли Христос говорил: «Не мир пришел Я принести, но меч» (от Луки, 12, 51)? Также и «исторические слова о битье в левую и правую щеку породили много заблуждений. Действительно, если сказанное принять телесно, то получится бессмыслие. Но Завет был дан в духовном смысле, именно, при равновесии внутреннем не могут вредить попытки зла. Великий Учитель принимал человеческое достоинство и знал, что никто и ничто не может поколебать дух человеческий ...


... К сожалению, принято рассматривать Учение Христа, как учение непротивления злу. Это величайшее заблуждение. Именно Христос сурово обличал всякое зло, всякое лицемерие и нерадивость к добру. Но нужно уметь распознавать, где возможно противление злу, и какие меры приложимы в каждом случае, неразумие в выборе их может повести к еще большему бедствию или разложению. Также нужно знать, что каждый духовный Учитель приносит клятву не поражать тех, кто посягает на Его жизнь. Так и Христос не мог противиться грубой силе, направленной против  Него(!) . Но Он противился злу каждым словом своим, каждым действием, когда это не касалось лично Его (!)...

... Теперь, как поступал Сам Христос? Не изгонял ли Он плетью торгующих в Храме? И как сурово обличал Он фарисеев и книжников! Будем ли мы упрекать Его в противоречии самому себе, понимая Его слова “прощайте врагам вашим” как непротивление злу? Нет, пора осветить Учение Христа в его истинном смысле, а не в навязанном нам узком церковном толковании..."

Елене Рерих. вторят русский философ Иван Ильин и Патриарх всея Руси .

 " Православие учит нас отвечать добром на зло, но это применимо, если оно не агрессивно, если оно не угрожает жизни, человеческому достоинству и здоровью человека.

Речь идет о цитате из Евангелия от Матфея (5:39) "Кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую«,

 Если ограничиться только этими словами, то из прямого толкования слов Спасителя могут проистекать неверные выводы", - сказал Патриарх.

Для того чтобы правильно истолковать эти слова, надо обратиться к первому посланию апостола Петра, в котором говорится буквально следующее: "Чтобы остановить зло, не надо отвечать злом на зло. Но и подчиняться злу никогда не нужно".

Русский философ Иван Ильин в 1925 году писал: 

“. Призывая любить врагов, Христос имел в виду  личных (!) врагов самого человека («ваших», «вас»; (. Мтф. V. 43-47; Луки VI. 27-28), его собственных ненавистников и гонителей, которым обиженный, естественно, может простить и не простить. Христос никогда не призывал любить врагов Божиих, благословлять тех, кто ненавидит и попирает все Божественное, содействовать кощунственным совратителям, любезно сочувствовать одержимым растлителям душ, умиляться на них и всячески заботиться о том, чтобы кто-нибудь, воспротивившись, не помешал их злодейству. 
Напротив, для таких людей, и даже для несравненно менее виновных. Он имел и огненное слово обличения (!) (Мф. XI. 21-24, XXIII; Мрк. XII. 38 и др.),  и  угрозу суровым возмездием (!)  (Мтф. X. 15, XII. 9, XVIII. 9, 34-35, XXI. 41, и др.),  и изгоняющий бич (!)  (Мтф. XXI. 12; Мрк. XI. 15; Луки XIX. 45; Иоанна. II. 13-16)  и  грядущие вечные муки (!)  (Мф. XXV. 41, 46;  Иоанна. V. 29).
Поэтому христианин, стремящийся быть верным слову и духу своего Учителя, совсем не призван к тому, чтобы противоестественно вынуждать у своей души чувства нежности и умиления к нераскаянному злодею как таковому, он не может также видеть в этой заповеди ни основания, ни предлога для уклонения от сопротивления злодеям.    
 Ему необходимо только понять, что настоящее, религиозно-верное сопротивление злодеям ведет с ними борьбу именно не как с личными врагами, а как с врагами дела Божия на земле; так что чем меньше личной вражды в душе сопротивляющегося и чем более он внутренне простил своих личных врагов – всех вообще и особенно тех, с которыми он ведет борьбу, - тем эта борьба его будет при всей ее необходимой суровости духовно вернее, достойнее и жизненно целесообразнее”....»

Сами поступки Иисуса в его столкновениях со злом ярче всего демонстрировали его позицию.

Когда возникала необходимость противостояния  злу,  Он действовал в отношении зла весьма последовательно и бескомпромиссно.   Из уст Иисуса могли исходить и « огненное слово обличения«, и  «угроза суровым возмездием" ..    Иисус предлагал не только « подставлять другую щеку» обидчику, но , в случае необходимости, и «выговорить«  ему:

     " Наблюдайте за собою. Если же согрешит против тебя брат твой, выговори ему; и если покается, прости ему;"

(Евангелие от Луки, 17 глава) ;

Иисус допускал угрозы в адрес  злобствующих и даже допускал такие наказания как «утопление с жерновом на шее»  и смертную казнь в случае особо тяжких злодеяний,  которые, по Его суждению, делают смертную казнь лучшим исходом для злодея (Мф 18:6; Мк 11:42; Лк 17:1–2).;

И именно Иисусу принадлежат слова о мече: « Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принестино меч  ...»

А евангельский эпизод, когда Христос берет в руки бич и выгоняет из храма торговцев, говорит сам за себя: при пацифистском понимании заповеди непротивления надо «вычеркивать» из Евангелия либо эпизод с разгоном храмовых торгашей, либо саму заповедь:

«... Сделав бич из верёвок, выгнал из храма всех, также и овец, и волов, и деньги у меновщиков рассыпал, а столы их опрокинул»  (Иоанна 2:15 ).

Что же, просил , умолял ,  уговаривал ?

Нет, сделал бич и выгнал !

Что же, «сложил руки и покорился «?

Нет,  выгнал ... всех ...   рассыпал ... опрокинул  ...

Вдумайтесь,  вчувствуйтесь в этот великий и грозный миг.  И поймите: ударившему тебя—ланиту, а кощунствующему- бич .»

Иисус так же сказал: « Не убий, а того,  кто убьет, будут судить.

   Но я говорю вам,  того кто гневается на своего брата без причины, будут судить ... тот,  кто     скажет:  «ты глупец», окажется в опасности адского пламени» .

У примитивного понимания «непротивления» нет ничего общего с любовью, о которой говорится в Библии буквально на каждой странице. Кроме того, в Священном Писании любовь всегда означает не столько эмоции, сколько дела. Тот, кто любит, проявляет свою любовь, делая человеку добро, относясь к нему с уважением. Поэтому нельзя видеть одну заповедь Христа и не замечать другую: 

      « Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей  своих»  (Ин. 15:13).

Как мы видим, в отношении защиты ближних своих Иисус действовал весьма решительно.

Но и в отношении себя, как было показано, Иисус  не всегда  «подставлял щеку», а поступал сообразно обстоятельствам.

Примеры жизни Иисуса и Его выборов многое открывают для нас.

Но есть один момент в нашем внутреннем осознании  и решениях  по отношении к внешнему злу.

И момент этот существенный.

Вспомним слова Иисуса:

   Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей  своих

Это именно о той любви,  связывающей невидимыми узами людей,  и она призвана быть внутренним камертоном, который верно направит нас  в наших выборах в той или иной ситуации столкновения с внешней агрессией.

Особенно. в случаях, когда зло затрагивает не только нас самих, но и наше окружение.  

Это о том мгновенном отклике любви говорит Иисус, — любви, не мудрствующей, не морализующей, , не строящей умозаключения,— а чистой любви, которая в искренней непосредственности отзывается на боль, причиняемую ближним.. 

Мы можем допустить несправедливость и ущерб в свой адрес, подставляя свою  щеку , но наше любящее сочувствие не подставит  чужую щеку под удар, —  любовь  своим активным соучастием постарается избавить ближнего от подобного . 

»... Надо прощать свою обиду, быть кротким в отношении личного врага, но кто дал человеку право прощать обиду, нанесенную другому, подставлять не свою, а чужую щеку? Бездейственно созерцать злодеяние, совершаемое над ближним, не значит быть кротким, а равносильно соучастию в злодеянии. Божьи слуги нуждаются в мече для отвращения творимого перед ними зла...

Зло обладает четырьмя свойствами: оно едино, агрессивно, лукаво и многообразно. Думать, что зло можно уменьшить, договорившись с ним,— наивно, рассчитывать, что его можно истощить беспрепятственностью, — преступно. Зло слишком удобопревратно, и только решительный волевой отрыв от него во спасение, и меч — решающее орудие ...»

Каждый ли развил такую чувствительность в себе, — то тепло чувственного отклика, что открывает дорогу родству Душ?:

»... что следует делать тому, кто подлинно любит стихию духа и любви, и, вот, присутствует при ее опорочении, извращении и угашении. Но компетентен ли нелюбящий судить о трагедии любящего? Что могут сказать «холодный» и «теплый» тому, кто горением приемлет Божественное? Имеет ли смысл допытываться у безразличного, что он будет делать, если увидит гибель того, к чему он безразличен?...»

.....

 «  Вообще говоря, нужна сущая духовная слепота, для того чтобы сводить всю проблему сопротивления злу к прощению личных обид, к «моим» врагам, «моим» ненавистникам и к «моему» душевно-духовному преодолению этой обиженности, и было бы совершенно напрасно приписывать такую духовную слепоту Евангелию.   Естественно, что наивный человек с его чисто личным и скудным мировосприятием не видит добра и зла в их более чем личном – общественном, общечеловеческом и религиозном измерении, и именно потому он полагает, что личное прощение угашает зло и разрешает проблему борьбы с ним. 

Но на самом деле это не так.    Простить обиду – значит погасить в себе ее злотворящую силу и не впустить в себя поток ненависти и зла, но это совсем не значит победить силу злобы и зла в обидчике.

 После прощения остается открытым и неразрешенным вопрос: что же делать с обидевшим, не как с человеком, который меня обидел и которому за это «причитается» от меня месть или «возмездие», а как с нераскаявшимся и неисправляющимся насильником?   Ибо бытие злодея есть проблема совсем не для одного пострадавшего и совсем не лишь в ту меру, в какую ему не удалось простить; это – проблема для всех, значит, и для пострадавшего, но не как для пострадавшего и непростившего, а как для члена того  общественного единения, которое призвано к общественному взаимовоспитанию и к организованной борьбе со злом.

Обиженный может и должен простить свою обиду и погасить в своем сердце своюобиженность, но именно его личным сердцем и его личным ущербом ограничивается компетентность его прощения; дальнейшее же превышает его права и его призвание. Вряд ли надо доказывать, что человек не имеет ни возможности, ни права – прощать обиду, нанесенную другому, или злодейство, попирающее божеские и человеческие законы, – если только, конечно, он не священник, властный отпускать грехи кающемуся, и не верховный государственный орган, властный даровать амнистию. В составе каждой неправды, каждого насилия, каждого преступления, кроме личной стороны «обиды» и «ущерба», есть еще сверхличная  сторона, ведущая преступника на суд общества, закона и Бога, и понятно, что личное прощение частного лица не властно погасить эту подсудность и эти возможные приговоры. 

В самом деле, кто дал мне право «прощать» от себя злодеям, творящим поругание [...] ?   И каков может быть смысл этого мнимого «прощения»? Что означает оно: что «я» их не осуждаю и не обвиняю? но кто же поставил меня столь милостливым судьею? Или, что «я примиряюсь с их злодеяниями и обязуюсь не мешать им? но откуда же у меня может взяться такое мнимое право на предательство, на предательство [...] беззащитных? 

Или, быть может, это «прощение» означает, что я воздерживаюсь от всякого суждения, умываю руки и предоставляю события их неизбежному ходу? однако такая позиция безразличия, безволия и попущения не имеет ничего общего с христианским прощением и не может быть обоснована никакими ссылками на Евангелие…

Сопротивляющийся злу должен прощать личные обиды, и чем искреннее и полнее это прощение, тем более простивший способен вести неличную, предметную борьбу со злодеем, тем более он призван быть органом живого добра, не мстящим, а понуждающем и пресекающим. Но в душе его не должно быть места наивным и сентиментальным иллюзиям,  будто зло в злодее побеждено в тот момент, когда он лично простил его. Прощение есть первое условие борьбы со злом или, если угодно, начало ее, но не конец и не победа. Ибо для этой великой в борьбы со злом необходимо иметь поистине не менее «нежели двенадцать легионов ангелов» (Мф 26:53), и настоящий злодей, пока не увидит этих легионов, всегда будет усматривать в «прощении» прямое поощрение, а может быть, и тайное сочувствие...»

В этих словах нашего русского мыслителя Ивана Ильина заключён глубочайший смысл .

Когда он говорит о «сверхличной стороне»  любых личностных отношений и связей между людьми, он и выходит на тот уровень Единения, который доступен лишь  Сердечному чувствованию и Любовному постижению ..  

Именно Любви доступен уровень, выводящий из интересов и целей ограниченного Эго.    Из того Эго, что мыслит и действует  лишь из парадигм сугубо "своего" :  своей щеки. своих чувств, своей духовности ( аспект « духовного эго»),—- именно Любовь, как Сила Единения, позволяет взойти с этого уровня на уровень истинной Духовности и Душевности, — туда, где нет личностных рамок эго.

На тот уровень, где царит чувствование другого, как самого себя.

      А это и будет нашим жизненным воплощением  второй Заповеди Иисуса:

  « Возлюби ближнего твоего, как самого себя .»


«Обязанностью взаимовоспитания
люди связаны настолько же, насколько  они  связаны неизбежным  взаимодействием в добре и зле:  ибо в творчестве добра и в борьбе со злом люди не изолированы...»

  «  Ибо, все человечество живет как бы в едином, непрерывно-сплошном эфире,  который включает нас в себя и связует нас друг с другом ...

 ...  ... Мы все,— говорит Ильин,—«вплетены» или «вращены» в мировой процесс, каждый из нас по-особому, по-иному, но все-таки — все, без исключения.   Мы сплетены в великое всемирное единство: оно обстоит ныне в настоящем, уходит корнями в забытое прошлое и ведет в неизвестное, рождающееся и еще не рожденное будущее.   Мы держимся друг за друга, мы держим друг друга — и валимся друг на друга, как в детской валятся уставленные в ряд «кирпичики».
Нет оторванных или изолированных людей, несмотря на все наше душевно-духовное одиночество.
От черствости одного черствеет весь мир; развратный человек развращает собой всех; всякое преступление взывает на всю вселенную и передается во все концы; лентяй есть мертвая ячейка истории; от пошлого человека тускнеет Божий свет в мировом эфире; всякий духовный предатель предает сразу Бога и все человечество; всякая личная фальшь и злоба лжет на весь мир и гасит любовь во всей вселенной ...»

Представления: 344

Эта запись блога закрыта для комментариев

Комментарий от: ОляялО, Февраль 9, 2021 в 1:33pm
Комментарий от: ОляялО 4 сек. назад
Удалить комментарий


Этот «иной мир» – в той же самой среде и в тех же самых людях, среди которых мы живем

 
Мы не от мира сего.   Это, однако, не значит, что мы должны внутренне чуждаться тех людей, с которыми сводит нас действительная жизнь, и мечтать о других существах, которые более подходили бы к нашему идеалу. Да, мы должны быть как можно дальше от всего худого и в нас, и в других; наш долг – бороться с этим неустанно и беспощадно. Но ведь это худое и есть то, что отчуждает людей друг от друга и производит между ними вражду и нестроения. Удаляясь этого, христианин именно уходит из этого стихийного мира, где люди – взаимные враги, в тот мир, где они могут быть друзьями и братьями. Но этот мир не в мечтательной выси фантазии, а как раз в той же самой среде и в тех же самых людях, среди которых мы живем. Как бы они ни враждовали меж собой, они все же чувствуют, что в них есть некоторый высший мир добрых чувств: любви, истины, благожелания и самопожертвования. Извне и по инерции страстей они ведут жестокую взаимную борьбу, но внутри они не могут не чтить общей единой святыни всех, которая невидимо и неслышимо проникает самую глубину их грешных душ. Вот в этой-то действительной святыне действительных окружающих нас людей и есть «тот» мир, в котором мы должны жить как христиане.

Люди мира сего думают, что эта святыня – только одна мечта, только несуществующий идеал: что она только в личной фантазии и в благих порывах каждого и ничего действительно властного и сущего из себя не представляет. Она скрашивает эту тяжелую и прозаичную жизнь своими грезами, но сама только греза и не более. Умер человек, развеется тело – и греза исчезает,  как туман.

Христианин своим духом непосредственно переживает реальность этой святыни .

Он чувствует, что этот мир любви и гармонии уже существует, уже есть в глубине духа в каждом из окружающих, только нужно захотеть и суметь войти в него. Он сознает, что это не его только создание, не его только благой порыв, а более, гораздо более объективная и вечная действительность, чем все другое, видимо предстоящее нам. Он проникает до той внутренней глубины, где враждующие вокруг него люди сошлись им самим неведомыми корнями своего духовного бытия и погружены в благодатный мир Небесного Царствия. Этот мир внутри их, но только так глубоко и за столькими, сотканными часто ими же самими, покровами и масками, что они не знают его хорошо и не чувствуют всей красоты и силы его вполне реальной жизни. Христианин видит его и идет к нему.

Открывать в ближних небо, которое открылось в нас, – самый верный и надлежащий путь к царству не от мира сего

Христианин должен всецело жаждать этого внутреннего царства. Но это не значит, что он должен быть поэтому косно недеятельным или праздно мечтающим в этом мире. Благодатная жизнь неба открывается для нас по мере свободного просветления земли. Делать душу и тело свои чистыми и святыми, возводить окружающую нас природу к ее совершеннейшим формам; просветлять всю сферу данной нам конкретной жизни, животворить ближних тем дыханием, которое мы сами получаем свыше; передавать им ту радость, ту благодать, которая охватывает нас; открывать в них небо, которое открылось в нас; отдавать им свою жизнь, чтобы она возродилась и зацвела в них – короче, подражать Христу, апостолам, святителям и мученикам – вот самый верный и надлежащий путь к царству не от мира сего...»



Комментарий от: ОляялО, Февраль 9, 2021 в 1:33pm

Можно ли развивать чувства, утончать чувствительность?

Возможно ли воспитать в себе сострадание?

Достигается ли открытие Сердца практиками, медитациями, раскрытием чакр и подобными технологиями ?

Постигается ли Любовь концепциями и воззрениями?

Или это то тонкое, неуловимое , приходящее как дыхание тепла  и ощущение объятия всего со всем,—

что ни объяснить, ни технологически «нарастить» в себе невозможно.

Это есть или ... этого нет ...

Может ли «холодный» понять «тёплого»?, рассуждениями лишь наступает понимание?

»... Но компетентен ли нелюбящий судить о трагедии любящего? Что могут сказать «холодный» и [...] тому, кто горением приемлет Божественное? Имеет ли смысл допытываться у безразличного, что он будет делать, если увидит гибель того, к чему он безразличен?...»

Комментарий от: ОляялО, Февраль 9, 2021 в 12:34am

На­учим­ся сос­тра­дать нес­части­ям ближ­них;

           тог­да на­учим­ся пе­рено­сить от них и зло

                                   Иоанн Златоуст

Когда сердце открывается чувствованию боли в себе и других, когда оно готово сострадать, тогда и охватывается таким сердцем заповедь Иисуса:

        Возлюбите врагов своих.

Понимание , что совершивший зло, «не ведает, что творит», и это его «неведение»  объясняется,  в том числе, и его страданиями, его личной болью, от которой он избавляется, творя зло,— понимание этого рождает сочувствие к врагам ..  

Это не означает смирения со злом, творимым ими, но это — пребывание в любви, а не в ненависти к «заблудшим»....

« ... Не удив­ляй­ся, что нам дол­жно со­жалеть о на­казу­емых, ког­да на­казы­ва­ет их Бог, ибо и Сам на­казу­ющий Бог не же­ла­ет де­лать это: хо­тени­ем не хо­щу смер­ти греш­ни­ка, го­ворит Он (ср.: И­ез. 18, 23).
Итак, ес­ли на­казу­ющий не хо­чет на­казы­вать, то го­раз­до бо­лее нам нуж­но сос­тра­дать на­казу­емым; мо­жет быть, та­ким об­ра­зом мы об­ра­тим их, мо­жет быть еще спа­сем их ...»


Иоанн Златоуст

Комментарий от: ОляялО, Февраль 8, 2021 в 11:36pm


   Не чуж­дай­ся... сос­тра­дания, на том ос­но­вании, что ты да­леко сто­ишь от нес­частья. Ког­да твой ближ­ний тер­пит зло, ты дол­жен нес­частье его счи­тать об­щим. Раз­де­ляй с ним сле­зы, что­бы об­легчить пе­чаль его, раз­де­ляй ра­дость, что­бы уп­ро­чить ве­селие, ук­ре­пить лю­бовь и са­мому рань­ше его по­лучить поль­зу, так как пос­редс­твом пла­ча ты де­ла­ешь­ся ми­лос­ти­вым, а пос­редс­твом ра­дос­ти очи­ща­ешь­ся от за­вис­ти и не­доб­ро­жела­тель­ства.


Иоанн Златоуст


Иоанн Златоуст

Комментарий от: ОляялО, Февраль 8, 2021 в 11:24pm


 

Странная реальность открывается недоумевающему взору:

люди, будто бы, разучились чувствовать друг друга, какое- то повальное отсутствие эмпатии демонстрирует нам мир, и, что самое удивительное,— духовный мир...

Казалось бы, те, кто просто обязаны являть милосердие, доброту и сострадание, поражают холодностью и отстранённостью «замороженных» чувств....

Но , похоже, разгадка таится именно в том, как, порой,  воспринимается сам духовный путь...

Если уход от внешней реальности со всей чувствующей вовлечённостью ставится во главу угла, то с неизбежностью  появляется некая абстрагированность, оторванность от живых связей с миром , и, в том числе, от живой непосредственности чувственного Присутствия рядом с ближними и их переживаниями.

 Зачастую , именно страх столкнуться с миром и получить от него боль и страдания,— именно этот страх  ведёт к попыткам укрыться в «духовность»,— в тех ее ограниченных концепциях «отстранённости от Мира , якобы как неистинной реальности».  Зачастую , именно этим объясняется «уход от внешнего мира во внутренние свои «глубины» ...

Капсулируясь и замыкаясь внутри себя, человек, не осознавая того, питает своё Эго..

Любая само- ограниченность, вне связей с миром и людьми,  ведёт к « разбуханию» Эго, зацикленному на себе.   Это  состояние своего рода « духовного эго», холодного, отстранённого и горделивого....

Которое никогда не взлетит в вершины Духа, а лишь будет питаться иллюзиями « астрального блаженства»...

...

Страх столкнуться с собственной болью и страх соприкоснуться с болью  другого,- это «две стороны одной медали».   Сочувствовать и сострадать ближнему способен лишь тот, кто сострадает себе в боли, не избегая ее и не пряча ее от себя и других.

Открытость миру в страданиях воспитывает чувства, утончает душу и возвышает наш дух.

Именно чувства насыщают Любовь и дают ей новые оттенки...

Приход к миру, а не отход от него  позволяет изливаться внутренним Божественным посылам и так одухотворять все материальное.

При- сутствие в миру, а не отсутствие в побеге от внешнего к внутреннему, — позволит расшириться  Любви, явленной в единении с чувствами всего окружающего .. 

Такое со- чувствие и со- страдание искупает  все страдания и горести мира ...

Комментарий от: ОляялО, Февраль 8, 2021 в 10:13pm


  Антон Павлович Чехов как-то верно сказал: «Надо, чтобы за дверью каждого довольного, счастливого человека стоял кто-нибудь с молоточком и постоянно напоминал бы стуком, что есть несчастные, что, как бы он ни был счастлив, жизнь рано или поздно покажет ему свои когти, стрясется беда –  болезнь, бедность, потери, и его никто не увидит и не услышит, как теперь он не видит и не слышит других ... »

Комментарий от: ОляялО, Февраль 7, 2021 в 2:24pm

Здесь, ниже ,  раскрывается отличие так называемой «сентиментальной любви»

 от подлинно духовных состояний и чувств истинно Духовной Любви  

с ее вовлеченным и участливым состраданием .

Комментарий от: ОляялО, Февраль 7, 2021 в 2:17pm


 « Но всякое подлинно духовное движение и достижение вырастает из страдания, давнего или нового, кратко-глубокого или долго-длительного, забытого или незабвенного.  К Богу восходит только та часть, только та сила души, которая не нашла себе наслаждения и успокоения в первобытном, земном отправлении; только та, которая не изжилась в слишком человеческих удовлетворениях, которая не радовалась им, а страдала, и стыдилась, и ужасалась от их приближения. Страдание есть цена духовности и предел для животности; это есть грань беспечному наслажденчеству, увлекающему и совлекающему человека; это есть источник воли и духа, начало очищения и видения, основа характера и умудрения.   Поэтому жизненная мудрость состоит не в бегстве от страдания как от мнимого зла, а в приятии его как дара и залога, в использовании его и окрылении через него....

Ибо дух больше души, а страдание есть цена духовности.

Именно перед этим трагическим законом человеческого существа сентиментальный моралист остановился, содрогнулся и не принял его .   Он не принял такую цену одухотворения и закрыл себе глаза на основную трагедию человека. Он испытал страдание как зло и отверг его. Согласно этому отвержению, он начал искать путь к внутреннему наслаждению ... . И далее, он не только отверг страдающий путь, но и самую цель страдающего восхождения: дух. Сентиментальность его излилась в гедонизм и привела его к противодуховности. .."

Комментарий от: ОляялО, Февраль 7, 2021 в 2:13pm

  ... Так, прежде всего это чувство [ cентиментальная любовь ] само по себе дает душе такое наслаждение, о полноте и возможной остроте которого знают только те, кто его пережил.  Испытывать его – есть благо совсем не в том только смысле, что оно морально ценно и что его следует испытывать, но и в том смысле, что оно само по себе дает душе величайшее удовлетворение, услаждая ее и насыщая ее этой сладостью.  В этом состоянии душа переживает себя блаженно-единой, целостно охваченной и растворенной; в ней все как бы течет и струится, звучит и светится, поет и сияет; она обретает в себе самой источник ни в чем другом не нуждающегося счастья, и притом такой источник, которого не может отнять у нее чужой произвол и по сравнению с которым другие источники кажутся скудными, слабыми и ненадежными. 

Но именно эта непосредственная доступность ключа к наслаждению, его самодовлеющий характер, интенсивность даруемого им удовлетворения и особенно способность его играть и петь в беспредметном умилении– могут незаметно приучить душу к духовно неоправданному и духовно малозначительному самоуслаждению, к сосредоточенности на этом самоуслаждении и на его добывании. Это «благо может приковать к себе душу не силой своего духовного превосходства и совершенства, а силой своего услаждающего блаженства, и,  далее, именно постольку оно может повести к охлаждению и инстинктивному отвращению ото всего, что не есть это благо или что не ведет к нему. Это может породить практику и теорию морального наслажденчества («гедонизма»), искажающую и силу очевидности,  и миросозерцание, и основы личного характера.

Моральный гедонист  инстинктивно тяготеет ко всему, что вызывает в нем состояние блаженного умиления, и столь же инстинктивно отвращается ото всего, что грозит нарушить, оборвать и погасить это состояние. Его духовное око начинает искать во всем умиляющего и быстро отвертывается или закрывается, как только в поле его зрения появляется что-либо возмущающее или отвратительное. Раздражение, ожесточение, злоба – тягостны ему и в нем самом, кaк чувства, противоположные искомому блаженству, и в других, как колеблющие его собственное блаженное равновесие и самочувствие; поэтому он как бы из инстинкта самосохранения приучается отвертываться от зла и предаваться своему внутреннему благу. Постепенно его духовное око приспособляется и научается видеть во всем «умилительное» и не видеть того, что подлинно отвратительно. Тягостный, мучительный, изнуряющий душу опыт подлинного зла совсем отстраняется им и отводится; он не хочет этого опыта, не позволяет ему состояться в своей душе и вследствие этого постепенно начинает вообще «не верить во зло» и в его возможность. Осознав этот прием свой, он формулирует его в виде правила, рекомендующего отвертываться от зла, недосматривать, забывать.  И согласно этому правилу все воспринимаемое им начинает систематически процеживаться, перетолковываться, искажаться. Моральный гедонист не видит того, что ему реально дается, и видит не то, что подлинно есть. Он ценит в опыте не объективную верность и точность, а соответствие своим субъективным настроениям и выросшим из них фантазиям. Он приучается фантазировать в опыте и испытывать свои фантазии как реальность: его миросозерцание приобретает черты идиллической противопредметности.   Понятно, как отзывается это все на его жизнеучительстве, особенно когда он касается вопроса о «сопротивлении злу» «насилием»... Только по недоразумению можно видеть в нем учителя и вождя.

Понятно также, что моральный гедонизм повреждает не только очевидность, но и характер человека. Состояние умиленности и растворенности не только не включает в себя волю, но отводит ее, как начало, с одной стороны, ненужное, а с другой стороны, напрягающее, сковывающее и потому мешающее растворению и текучести.   Ибо воля не растворяет душу, а собирает ее и сосредоточивает; она не погружает ее в безгранное, беспредельное течение, а творит грань и форму, она не беспредметна, а определительна и определенна; она не может говорить всему – блаженно приемлющее «да», но нуждается и в твердом, обоснованном отрицании.    Поэтому гедонистическое умиление, охватывая душу и завладевая ее центральным чувствилищем, вовлекает ее в некое безволие, выражающееся то в безразличии, то в прямой враждебности ко всем волевым порывам и заданиям. «Любовь», исповедуемая и проповедуемая умиленными моралистами, оказывается состоянием безвольным или «пассивно-волевым»: эта «любовь» не укрепляет характер сосредоточением сил и выковыванием духовного центра личности, а постепенно ослабляет его; она не формулирует личный дух, а услаждает душу беспредельностью и неопределенностью; она отучает ее от стойкого отрицания и тянет ее к всеприемлющему и всепримиряющему нейтралитету. Такая безвольная любовь не есть уже активная эмоция, ибо эмоция не враждебна воле, а нуждается в ней и ищет сближения с ней; но это и не пассивный аффект, ибо аффект по самой глубине своей не может быть беспредметен, подобно тому, как рана невозможна без ранящей стрелы. Безвольная любовь гедонистического моралиста есть скорее «настроение»,легко уживающееся и с безвольностью, и с беспредметностью. В качестве безвольного настроения эта любовь – сентиментальна, а в качестве беспредметного настроения эта любовь – бесцельна: она не несет в себе ни духовного задания,

ни духовной ответственности.     Это есть чувствование, насыщающееся собой; оно есть не начало, а конец, не исход, а завершение, не ступень, а достижение; это есть сладостная самоценность или самоценное наслаждение; и тот, кто пребывает в нем и не позволяет ничему внешнему вывести себя из него, – тот объявляется правым.  [...]  такой безвольный и сентиментальный характер, сознательно угашающий в себе начало героизма, сладостно тонущий в безграничном и беспредметном настроении и при этом сознательно утверждающий свою правоту как единственную и образцовую для всех людей,  ..

Вот почему «любовь» сентиментального моралиста не уводит его душу от него самого и не освобождает ее от собственного бремени и личных пределов, но наоборот – закрепляет их...

Так вскрывается первооснова сентиментальной морали: она покоится на противодуховном гедонизме....»

Комментарий от: ОляялО, Февраль 7, 2021 в 2:12pm


«... С самого начала ясно, что эта постановка вопроса не только существенно отличается от той постановки, которая была выдвинута проповедниками «непротивления», но и целиком отвергает ее.   Ибо их постановка всецело покоится на недостаточном, неверном духовном опыте – чисто личном, предметно непроверенном, философски незрелом. Они не испытывают предметно и подлинно то, о чем говорят, наивно отправляясь от собственных душевных состояний и не подозревая о том, что это философски опасно и недопустимо.

Опыт каждого ограничен – и в размерах данных ему способностей, и в составе изначально доступных ему содержаний. И каждый человек имеет задание растить, очищать и углублять свои способности и предметно проверять, умножать и углублять свои жизненные содержания; пренебрегая этим, он обрекает себя на духовное измельчание и оскудение ...»

Иван Ильин

Эмблема

Загрузка…

Приглашаем

Последняя активность

Сообщения блога, созданные Иван Статистик
15 мин. назад
страна оз оставил(а) комментарий на сообщение блога Игорь П Новое Пространство – для Нас...
"а что знает Лета?)"
36 мин. назад
Лето оставил(а) комментарий на сообщение блога Игорь П Новое Пространство – для Нас...
"как минимум автор уверен , что он Омар Хайям да и Майя это знает)"
39 мин. назад
страна оз оставил(а) комментарий на сообщение блога Игорь П Новое Пространство – для Нас...
"Много лет размышлял я над жизнью земной. Непонятного нет для меня под луной. Мне известно, что мне ничего не известно, — Вот последняя правда, открытая мной. Омар Хайям"
43 мин. назад
Анара оставил(а) комментарий на сообщение блога Игорь П Новое Пространство – для Нас...
"Хорошая слышимость радует Возможно, пустота там, где меня нет, а где я есть, естественно- никакой пустоты..) ."
1 час назад
Синий Кин оставил(а) комментарий на сообщение блога Игорь П Новое Пространство – для Нас...
"Самое забавное, сегодня вычитал про тотем Оленя, о его значении и присутствии в жизни тех, кто его воплощает. Тотем, знак, энергия, архетип - разница в названии не важна. Олень считается победителем змей, в мифах он их топчет копытом и наматывает на…"
1 час назад
страна оз оставил(а) комментарий на сообщение блога Игорь П Новое Пространство – для Нас...
"Дара,пустоты для тебя нет..есть только наполненность,это уже давно услышано."
1 час назад
страна оз оставил(а) комментарий на сообщение блога Игорь П Новое Пространство – для Нас...
")"
1 час назад

© 2021   Created by Макарова Виктория.   При поддержке

Эмблемы  |  Сообщить о проблеме  |  Условия использования